Православная Жизнь
Православие.Ru
Самопознание является еще одной ступенькой на пути человека к Богу. Познание Бога ведет к правильному познанию самого себя и к правильному выстраиванию своего образа по образу Божию, чтобы быть способными к встрече с нашим Создателем.
Многие люди сегодня считают самопознание очень важным и прилагают для этого огромные усилия. И это действительно важно! Однако не в той степени, в какой часто представляют определенные группы людей, считая центром всего сущего самого человека. Для нас, христиан, наше «я» или наше существование центром не является, центром является только Бог. Мы объясняем человека не через человека, но через Бога. Бог является единственным критерием для нас.
Когда человек начнет углубляться в себя, то первое, с чем он встретится, будет его внутренний образ. Человек должен быть очень хорошо подготовлен, потому что существуют две опасности. С одной стороны, человек может увидеть себя нехорошим и испорченным по сравнению с тем образом, каким он должен быть, и здесь кроется опасность уныния и отчаяния. С другой стороны, он может увидеть себя хорошим и замечательным, в то время как он таковым не является, и здесь кроется опасность заблуждения. Человек думает о себе, что он хороший, что он великий и правильный, и так запутывается в себе и уже не может ничего в себе исправить. Всё это две стороны одной монеты. Как человек, который впадает в уныние и отчаяние, не в состоянии поступить правильно по отношению к самому себе, так и человек, который пребывает в эгоистическом сне и думает что он такой замечательный, также не в состоянии что-либо изменить. Человек должен быть где-то посредине. Он должен попытаться увидеть себя таким, какой он есть. Конечно, это непросто, потому что человеческие критерии субъективны, и мы должны потрудиться найти объективные критерии, критерии евангельские, по слову Христа, произнесенному сразу после Крещения: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф. 4, 17).
Что значит покаяние? Это не просто сожаление об ошибках или угрызения совести, что вот я где-то грубо сказал или плохо поступил, от этого приходит чувство вины, и я хочу исповедоваться, покаяться, чтобы ушла эта тяжесть. Да, это все тоже присутствует, но, по существу, не в этом заключается покаяние. Покаяние означает труд человека над собой и изменение ума. Необходимо так изменить мышление, чтобы критерии, на основании которых мы до сего момента выстраивали свое отношение к жизни, своим поступкам, ко всему, что нас окружает, изменились полностью, чтобы мы приобрели новые критерии.
Приведу один простой пример. Приходит человек в церковь и говорит, что вот, тот человек меня оскорбил, или, скажем, унизил, или докучает мне. Он начинает злиться, негодовать и требовать справедливости. Его желание защититься – вполне человеческое, и в этом нет ничего плохого. Однако то, как ты реагируешь на происходящее вокруг тебя, твое раздражение, гнев, когда ты теряешь мир и разжигаешься гневом против другого человека, – это неприемлемо. Ты мне скажешь: «Хорошо, но разве я не прав?» Допустим, ты прав, пусть этот другой человек действительно такой, как ты его описываешь: плохой, испорченный, настоящий зверь. Ты, христианин, как теперь должен повести себя? Разве с каждым плохим человеком ты должен становиться вдвое хуже? Ведь плохие люди не исчезнут из нашей жизни, не перестанут случаться ситуации, когда люди будут нас обвинять, расстраивать, клеветать, давить на нас и т.д. Если в каждом таком случае мы будем становиться такими же, то что с нами будет?
Помню, когда мы были на Святой Горе Афон, что-то произошло, и протестующие монахи пошли к геронде. Спрашивают его: «Геронда, что же ты молчишь, почему ничего скажешь?» Он им в ответ: «Если я отреагирую так, как вы говорите, то весь день буду встревожен и навсегда лишусь внутреннего мира. Оставьте как есть». Поэтому, если и мы тоже вслед начинаем раздражаться, то ничего хорошего из этого не выходит.
«Тогда как мне реагировать, когда я чувствую, что мое внутреннее ‟я” восстает и требует справедливости, и логически мое ‟я” поступает правильно?» Но в Евангелии совсем иная логика, и нам необходимо научиться ей. Нужно изменить образ мышления. Евангелие не дает тебе право так себя вести. Если ты оступишься, потому что потерял контроль, то ты должен покаяться в том, что сделал, должен смириться и сказать: «Да, я поступил неправильно». Необходимо провести суд над собой и попытаться аргументировать свои действия. Ты скажешь: «Такой-то человек поступил несправедливо по отношению ко мне». – Да, действительно, он плохо поступил. «Другой оклеветал меня». – Допустим, это так, ты совершенно прав, все именно так, как ты утверждаешь. Но давай-ка посмотрим иначе. Поступаешь ли ты согласно Евангелию? Прислушиваешься ли ты к Евангелию? Разве этому учит Евангелие? Как поступал сам Христос? Разве так Христос учил нас воспринимать человеческое зло и справляться с неприятностями? Здесь наблюдается столкновение нашей мирской логики с логикой Евангелия.
Но ты скажешь мне в ответ: «Хорошо, что же мне теперь, всегда быть жертвой, быть той потерянной овцой, которая постоянно приносит себя в жертву?» Мирская логика восстает против логики евангельской, и человеку нужно ухватиться за веру, поставить Христа перед собой и спросить себя: «Хочешь следовать за Христом?» Если хочешь этого, то ты обязан быть на Него похожим. Если же ты в чем-то пока непохож на Него, то должен в этом покаяться. Но если ты не хочешь следовать по пути Христову, то это другое дело, никто не принуждает нас идти за Ним. Если же мы решили быть христианами и следовать за Христом, то жизнь наша должна измениться, должны измениться жизненные критерии.
Иногда ты говоришь: «Вот, если бы я жил до Христа, я бы не терпел различные унижения, позор и клевету». Дело в том, что после пришествия Христа обстоятельства меняются. Христос должен быть точкой отсчета в нашей жизни. Если этого не произойдет, тогда какое имеет значение наша связь со Христом и с Евангелием? Мы должны приобрести объективные критерии, которые по существу являются евангельскими. Эти евангельские критерии и раскроют нас для нас самих. Суд над собой мы должны осуществлять, основываясь на критериях Евангелия. Христос как велит нам поступать? И что делаем мы? Суд этот является духовной работой, которая помогает нам в двух важных вещах. Во-первых, в деле покаяния, в поиске: где находится Бог, кто Он такой, где нахожусь я и каков я есть. Увидев расстояние, которое нас разделяет, я начинаю ощущать боль, тоску, однако это не делает из меня депрессивного человека, но дает мне правильный стимул, чтобы я мог сделать шаг вперед, покрыть это расстояние и встретить Христа. А во-вторых, суд над собой, вместе с покаянием и болью, зажигает внутри меня тот огонь, который даст толчок потрудиться и дойти до Христа.
Когда мы встречаемся с самими собой, то для нас, христиан, наиболее характерно видеть себя не хорошими, но грешными, откуда вытекает другая крайность – уныние. Видя, что мы из себя представляем и какое чудовище, разрушающее наш духовный мир, живет внутри нас, мы испытываем упадок духа. Это одно из самых сильных оружий нашего врага, который стремится лишить нас смелости, рвения, убедить нас в нашем бессилии, в том, что у нас ничего не получится. Он говорит нам: «Вот, ты каждый день пытаешься что-то изменить, но с каждым днем становишься только хуже». Такой упадок духа – это ужасная вещь, потому что он не позволяет нам двигаться вперед, он как бы намекает, что преуспевание зависит исключительно от наших сил, а не от Бога. Здесь, дорогие мои, есть одно различие в том, как к человеку относится Церковь и как его воспринимает мирская наука психология.
В нашей Церкви присутствует Божественная благодать, способная преобразить всего человека. Сколько бы аргументов ты ни имел против себя, то, что тебе нужно, – это благодать, которая полностью тебя изменит. Конечно, тебе придется потрудиться, пострадать, ведь подвиг никто не отменял. Однако ты должен знать, что в конце концов преображение твоего существа произойдет не только твоими стараниями, но благодаря Благодати Божией, которая имеет силу преобразовать тебя. Через смирение, через осознание своего положения, через покаяние в сердце человека поселяется Божия Благодать, и человек потихоньку меняется, происходит это великое чудо обновления. Поэтому, когда мы видим себя ужасными, измученными, грязными, пусть мы страдаем, расстраиваемся, травмируемся, однако мы не должны терять дерзновение, но обращаться к Богу и просить нас помиловать. Из наших осколков нас может восстановить только Бог.
Однажды один юноша пришел к духовнику и сказал: «Отче, я разбит вдребезги». Духовник ему ответил: «Послушай, это выше тебя. Ведь, как говорится в Писании: Господь ‟сердце сокрушенно и смиренно не уничижит” (Пс. 50, 19). Господь собирает эти кусочки и строит нового человека. Это чудо Божие, которое совершается ежедневно в церкви, в месте, где действует Божественная благодать».
Иногда это может произойти не резко, потихоньку, в другой раз это действительно подобно ножу, который рассекает человека, его ветхость, чтобы вырос совершенно новый человек. И в том, и в другом случае благодатью Божией в сочетании со свободой человека, через аскетический подвиг, происходит обновление и преображение нашего существования.
Много пострадавший человек имеет открытое сердце к Богу. Иной же человек думает, что он хороший, что у него все идет, как надо, он говорит о своей безграничной доброте и не знает, есть ли еще один такой на всей планете (все смеются). Вы смеетесь, я не знаю, встречались ли вам такие люди, чаще это люди моего возраста (вновь все смеются). Такое помешательство начинается где-то после 40 – лет в 50–55. Как теперь скажешь такому человеку о покаянии, когда он не знает, в чем каяться? Может, он и совершал ошибки, но они были настолько незначительными и оправданными, на его взгляд, что теперь он не считает необходимым ими заниматься.
В этих случаях излечение невозможно. Для человека, пребывающего в описанном выше состоянии, излечением будет только сокрушение. Кто его сокрушит? Господь? Нет. Как правило, нас сокрушает сама жизнь. В жизни столько поворотов, и это счастье, что они есть и что эти жизненные передряги нас ломают. Давид в своих псалмах говорит: «Благо мне, что я пострадал, дабы научиться уставам Твоим» (Пс. 118, 71). То есть: «Господи, я воистину благодарю Тебя, для меня это было благо, что Ты меня смирил, сокрушил, разбил вдребезги, потому что только так я смог познать Тебя, Твою Благодать и Твои уставы». Быть разбитым вдребезги – это судьбоносное событие: если спасешься, то спасен, если нет – то пропал. Промежуточного пункта нет, но те люди, которые выживут, обретут новую и красивую жизнь.
Когда человек предает свое сокрушение Благодати Божией, то от этого бывает великая польза. Это единственный шанс для человека, больного нарциссизмом, что-то понять. Сокрушение может прийти через болезни, трудности, клевету, любые непредвиденные ситуации. Происходит землетрясение, и сокрушаются все его идолы, падает и идол его «эго», которым он восторгался столько времени, и вот, когда падет этот идол, человек оказывается на пределе своих сил. Это самый болезненный опыт для человека. И вот там, где он окажется, в глубине самого ада, там он найдет Бога. Как пророк Иона, находясь во чреве кита, возопил ко Господу, и Господь смиловался над ним и спас его от тех мучений. Однако не всем людям удается выжить после такого крушения, ведь человек может быть разрушен как душевно, так и телесно.
Как мы сказали в начале, первый критерий – это Евангелие. Если мы хотим быть христианами, то должны судить себя по Евангелию.
Еще один критерий, которым мы не можем пренебрегать, – это другие люди, ведь человек существо социальное. Когда другим людям тяжело с нами, мы не должны думать, что, дескать, «такой у меня своеобразный характер», или «это он не хочет со мной общаться», или «он меня не понимает, не любит, не принимает», – это не всегда так. Когда мы доставляем неудобство другим людям, мы должны глубоко исследовать себя: может, другие люди правы, или, если они и не вполне правы, то может, они правы частично? Ты говоришь: «Моя теща плохо ко мне относится», но ведь и с другими людьми у тебя трудности. Давайте судить себя и принимать во внимание мнение других людей.
Ты не можешь пренебрегать мнением других людей о себе. Ты должен принять человека, послушать, что он тебе скажет, и постараться услышать, что именно он имеет в виду. В контексте брака это очень важно. Например, жена говорит своему мужу: «Мне плохо от того, как ты поступаешь». И муж отвечает: «С чего бы это? Я все делаю: гуляю с детьми, помогаю по дому, приношу деньги…» – плюс еще десять логичных доводов: «Чем я тебе доставляю неудобства? Это ты со странностями, это ты меня не понимаешь». Может быть, ты и прав, однако другому человеку тяжело с тобой, даже если у него нет аргументов, чтобы доказать тебе это. Ты должен услышать то, что он тебе говорит, и подумать, что ты можешь сделать в данной ситуации. Если ты пока ничего не можешь сделать или сделал все, что от тебя зависело, возьми на себя тяготу всей этой ситуации и скажи: «Слушай, мне очень жаль, что я, сам того не желая, заставляю тебя страдать». Очень большое смирение кроется в том, чтобы принять то, что говорит тебе другой человек, тогда, когда ты, учитывая все логические доводы, действительно прав.
Ведь часто в обществе, на работе, в семье нас окружают люди, которые недовольны нами. Мы смотрим на себя и говорим, что он неправ, что мы не такие и ничего плохого ему не сделали, скорее, это он какой-то неладный. На этом данная ситуация может быть исчерпана, однако нам необходимо применять самоукорение, как говорят отцы Церкви, чтобы через наше смирение помочь и другому человеку. Я думаю, что именно так происходит наша встреча с другим человеком. Мы становимся более мягкими и тем самым привлекаем к себе Благодать Божию.
Преподобный Паисий Святогорец
Как-то пришел к старцу Паисию двенадцатилетний мальчик, который был болен и надеялся на помощь старца, так как взрослые ему много о нем рассказывали. Так вот, приходит он к старцу и говорит: «Батюшка, вылечи меня, прошу тебя». Старец Паисий понимал, что он не волшебник и не мог совершать чудеса, по крайней мере публично. Тогда он обнял мальчика и сказал: «Боже мой, в чем виновато это дитя, что я не могу исцелить его?» Он не сказал: «Я не могу совершать чудеса, зачем ты у меня это просишь?», но взял на себя весь груз ситуации и сказал: «Знаешь, я не могу сделать чудо, однако я должен бы быть на это способным и должен бы суметь тебя исцелить, но я не могу этого сделать, и мне очень жаль».
В другой раз пришел юноша и говорит:
– Я хочу, чтобы ты оставил меня у себя.
– Но я не могу тебя оставить.
– Все меня гонят. Почему же ты не можешь дать мне крышу над головой?
– Я не могу тебя оставить, потому что ты человек беспорядочный.
– Тогда какой же ты святой, что не можешь меня потерпеть?
– О, если бы я был Антонием Великим, я бы смог тебя потерпеть, но поскольку я им не являюсь, то я очень печалюсь по этому поводу и, к сожалению, не могу тебя оставить.
Когда к тебе приходит человек и говорит: «Знаешь, ты меня мучаешь», ты ему говоришь: «Я делаю все, что могу, чтобы тебя не мучить». И ты действительно стараешься это делать. Однако если ему неудобно само твое присутствие, тогда ты не должен говорить: «Ты сумасшедший, оставь меня в покое, мне нет до тебя никакого дела», но скажи: «Мне очень жаль, что я не имею возможности тебя утешить. Я молюсь Богу, чтобы Он тебя утешил или чтобы Он помог мне суметь тебя утешить».
Я вспоминаю тех очаровательных женщин, которые приходят ко мне и рассказывают о своих проблемах, например, с соседками, и спрашивают: «Что мне делать с моей соседкой? Мы все время ссоримся». Я ей говорю:
– Нужно молиться.
– Так я и молюсь, чтобы Господь простил ее.
– Но, может, дело не только в ней?
Ведь мы тоже виноваты. Мы тоже должны просить прощения у Господа. Ведь если бы мы были такими совершенными, какими призваны быть, то могли бы оказать большую помощь своему ближнему. В том, что мы не можем ему помочь, есть и наша вина, хоть мы этого и не осознаем. Если мы поймем этот закон, то в наших отношениях с другими людьми, в браке, на работе нам станет легче разрешать конфликты.
Все начинает меняться с того момента, когда мы осознаем свою вину. Как-то у старца Паисия спросили: «Отче, почему этот мир так ужасен?» Старец ответил:
– А ты исправь часть этого мира.
– Какую часть?
– Себя самого. Ведь ты – часть этого мира.
Например, возникли проблемы в браке. Возьми и измени одну его часть, которой являешься ты сам. Другая же его часть потихоньку подтянется, выровняется и придет в равновесие.
Принимая во внимание то, что другие люди говорят о нас, мы начинаем осознавать, что, раз нашему ближнему плохо рядом с нами, то виноваты в этом мы сами. Даже если другой человек безрассуден и предъявляет абсурдные требования, порою греховные, то и здесь можно найти свою вину. Ведь если бы я был таким, каким должен быть, и имел совершенную связь с Богом, то этому человеку было бы хорошо рядом со мной.
В том случае, если человек груб по отношению к нам, то мы должны обратиться к Богу с молитвой за него. Нужно просить, чтобы любовь Божия победила те внутренние трудности, с которыми столкнулся человек, чтобы Бог дал ему все самое доброе, а не со снисхождением говорить: «Господи, прости его, что он такой плохой и заставляет меня страдать». Когда мы молимся за других людей всем сердцем, то молитва сотрясает камни, смягчает человека, каким бы твердым он ни был.
Вспоминаю одну девушку, по распределению поехавшую работать в школу. У нее был класс, настоящий зоопарк. Эти дети так ее изводили своим поведением, что она даже решила оставить школу. Тогда я ей сказал: «Начни молиться о них каждый день». И вот, через 15 дней зверьки притихли. Все изменилось. Вот как важно молиться за других. И здесь дело не в силе твоей молитвы, но Господь, видя твою любовь к другому человеку, Своей благодатью смягчает его. Ведь перед тобой не демон, а человек. Господь всегда найдет способ, чтобы как-то ему помочь. Наша молитва повлияет на него благотворно, каким бы отрицательным типом он ни был. От этого и ты сам получишь пользу, ведь перед тобой откроется путь единения с другим человеком. Помолившись с усердием, со слезами за него, ожидай результат, который заключается не в том, что тебе станет легче, но что твой ближний обретет успокоение.
Мы должны слушать людей, которые высказывают свое мнение о нас, и уметь слышать их. Ведь часто спустя какое-то время многое из того, что было ими сказано, оказывается правдой. Характер человека проявляется через различные обстоятельства жизни. Некоторые стороны нашего характера для одних – утешение, для других – мука. Наша задача состоит в том, чтобы замечать это. Ведь рядом с другими людьми, при правильном духовном настрое, мы начинаем менять себя, обтесываем острые углы нашего характера, смягчаем наше «я» и становимся более удобными в общении с другими людьми.
Молодому человеку, желающему стать монахом, старцы не благословляют сразу уходить в отшельники. Сначала он на протяжении многих лет будет жить в общежительном монастыре вместе с остальными монахами, отсекая свои желания, сглаживая острые углы своего характера, и потом, минимум через 20 лет, при условии внутренних перемен, может один уйти жить в пустыню. Ведь в одиночестве нет исцеления для человека. Он может очень неплохо проводить время самостоятельно, у него вроде бы все хорошо до того момента, пока кто-нибудь не вторгнется в его жизнь.
Необходимо осмотреться вокруг: приношу ли я людям утешение, хорошо ли им рядом со мной, радуются ли они? Если же наоборот, то загляни внутрь себя – и увидишь, что во многом есть и твоя вина. Таким образом, мнение других людей о нас играет очень важную роль в нашем самопознании. И не забываем о первом критерии – Евангелии, которое меняет наше сознание и образ нашей жизни, когда мы, обретая смирение, живем в радости рядом с нашими ближними.
митрополит Афанасий (Николау)
Родился 8 февраля 1959 года в семье преуспевающего лимасольского предпринимателя. С юных лет его жизненной средой была православная церковь.
В возрасте 14 лет Андрей покидает родительский дом и поступает в школу при Пафской митрополии.
18 апреля 1976 года после окончания Первой гимназии города Пафоса был рукоположен в сан диакона митрополитом Пафским Хризостомом (Аристодиму).
В том же году продолжил учёбу на богословском факультете Университета Аристотеля в Салониках. Церковная жизнь Салоников приятно удивила юношу: «Помню, как в 1976 году я поехал учиться в Грецию, и я был необыкновенно поражен, когда, в первое же воскресенье придя в храм, я увидел там молодых людей. Впервые я видел молодых людей в церкви». Учёба в Салониках позволила ему регулярно посещать расположенную неподалёку Гору Афон.
В 1980 году окончил университет и прибыл на Афон, где вступил в число братии скита Неа-Скити (болг.)русск., духовником которого был известный старец Иосиф Ватопедский, ученик афонского старца Иосифа Исихаста.
В 1982 году принял великую схиму и в тот же год 29 мая был рукоположен в пресвитера митрополитом Иерисским Никодимом (Анагносту).
В 1983 году был митрополитом Верийским Павлом (Янникопулосом) возведён в достоинство духовника.
С 1987 года братство старца Иосифа приняло на себя труды по возобновлению монашеской жизни в монастыре Ватопед, в связи с чем иеромонах Афанасий был избран помощником настоятеля, а затем представителем обители в Священном Киноте Святой Горы Афон.
В 1991—1992 годах — протоэпистат (управляющий) Горы Афон. Эту должность на Афоне принято доверять пожилым монахам, которые обладают высоким авторитетом и большим опытом монашеской жизни. Отец Афанасий стал самым молодым Протоэпистатом за всю тысячелетнюю историю афонского монашества.
Посетивший в 1991 году Афон архиепископ Кипрский Хризостом I предложил иеромонаху Афанасию вернуться на Кипр. В 1992 году вместе с тремя другими ватопедскими иноками поступил в «Священнический» монастырь святителя Николая в Пафосе (также известный как «Агия-Мони»).
В ноябре 1993 года братия монастыря в полном составе перешла в монастырь Божией Матери Махера и 4 ноября того года отец Афанасий был избран игуменом этой обители.
С 1993 года четыре раза в месяц митрополит Афанасий выступает с открытыми беседами в храмах Лимасольской митрополии и Кипрском Университете.
11 февраля 1999 года решением Священного Синода был единогласно избран митрополитом Лимассольским. 14 февраля того же года состоялась его архиерейская хиротония с возведением в сан митрополита и интронизация.
На момент его поставления на Лимасольскую кафедру, епархия была обременена огромными долгами. Из-за череды финансовых скандалов и злоупотреблений большинство местных жителей было негативно настроено по отношению к Церкви. Для решения накопившихся проблем митрополит Афанасий назначил особую комиссию профессиональных экономистов, которая в короткие сроки помогла епархии избавиться от тяжёлого долгового гнёта. Исходя из представления, что каждый мирянин имеет право знать всё о том как управляется Церковь, митрополит Афанасий вводит традицию ежегодных отчётных пресс-конференций, на которых обнародуются доходы и расходы митрополии, рассказывается о её начинаниях и реализованных за год программах. Треть доходов Лимасольской митрополии неизменно выделяется на благотворительные нужды.
Стараниями Митрополита Афанасия духовно возрождаются действующие монастыри, кроме того возобновляется монашеская жизнь в трёх древних обителях.
22 ноября 2005 года вместе а архимандритом Исаией (Киккотисом) представлял Кипрскую православную церковь на интронизации Патриарха Иерусалимского Феофила III.
15-20 июля 2008 года сопровождал Архиепископа Хризостома II во время его визита в Москву.
Возражал против визита папы римского Бенедикта XVI на Кипр, состоявшегося в июне 2010 года, заявив, что католицизм является ересью, и Ватикан никогда не оказал положительного влияния на проблемы Кипра. С другой стороны, подчеркнул он, визит папы не должен стать предлогом для каких-либо непристойных выходок со стороны православных.
8-9 октября 2014 года принял участие в первом в новейшей истории собрании игуменов и игумений Русской Православной Церкви, состоявшемся в актовом зале Московской духовной академии.
В октябре 2022 года, вместе с митрополитом Киккским Никифором (Киккотисом), митрополитом Тамасским Исаией (Киккотисом) и хорепископом Амафунтским Николаем (Тимиадисом), был одним из четырёх иерархов Кипрской православной церкви, которые критиковали своего предстоятеля Хризостома II за признание автокефалии Православной церкви Украины, дарованной патриархом Константинопольским Варфоломеем.
Духовная жизнь начинается со слез. Митрополит Лимассольский Афанасий (Николау)
Следует знать, что ни один человек не молится точно таким же образом, как другой, абсолютно ни один. Как ни один человек не говорит так же, как другой, никто не чувствует себя, как другой, никто не думает, как другой, и никто не таков, как другой. Точно так же и молитва, которая есть выражение человека, устремление всецелого человека к Богу, не может быть подобна молитве другого. Поэтому отцы Церкви всегда, давая определенные практические советы, предоставляют человеку применять их, и сама молитва становится наставником для человека. Если мы захотим предварительно определить какую-то схему молитвы, метод моления, то возникнет опасность свести все к методу и забыть о сути и цели, потому что молитва — не что иное, как средство, цель же — Христос, личность Иисуса Христа.
У молитвы нет абстрактной цели, она не какое-то неопределенное действие человека, а действие конкретное, определяющее, встреча, путь и встреча, единение Бога и человека — естественно, в той мере, в какой вы можете представить себе и понять это. Она такое сильное переживание, что никакое иное переживание в этом мире, каким бы глубоким оно ни было, не может устоять перед силой молитвы.
Потому сила и действие Церкви, которая реально изменяет, преображает и исцеляет человека, заключается по сути в молитве. Для нас, пребывающих внутри Православной Церкви, очень радостно, что мы — члены Христовой Церкви, Апостольской Церкви Христовой, верно сохранившей молитву. Православная Церковь — Церковь молящаяся, это Церковь, чьим высшим делом является богослужение. Тогда как на Западе, где апостольское предание утрачено, Церковь превратилась в светскую систему в светском государстве, молитва исчезла, и ее заменили дела: добрые дела, активность, проповедь, движения, благотворительность, социальное служение вытеснили это высочайшее дело Церкви -молитву.
В книге Деяний святых апостолов говорится именно об этом: первые христиане постоянно пребывали в молитве, учении апостолов и преломлении хлеба, то есть в Святой Евхаристии. Таковы три признака дела Церкви — молитва, апостольское учение, учение Церкви о молитве, и Евхаристия — наше участие в Господних Теле и Крови. Поэтому в нашей Церкви много богослужебных собраний, и она в первую очередь — служащая Богу Церковь.
В минувшие годы основания Церкви были расшатаны, поскольку к нам хлынули западные образцы и мы по ним судили обо всем. Мы перестали обращать внимание на богослужение, смотрели на дела, поэтому монашество отошло у нас на задний план, и развивалось только идеалистическое — на поверхности миссионерское — движение в Церкви, которое по сути было подражанием западным образцам; с добрыми намерениями, но по чуждым образцам.
Но в конце концов стало очевидным, что это явление не может удержаться в Церкви. Так все мы постепенно возвращаемся к истокам и учимся тому, что благодать черпается из молитвы, а содержание нашей христианской жизни — это благодать Святого Духа. Цель нашей жизни, как сказал русский святой Серафим Саровский, — это стяжание Святого Духа.
Если мы поймем это и передадим своему ближнему — ребенку, коллеге, тогда мы дадим ему нечто ощутимое; если же станем говорить ему о ценностях, идеалах, тогда мы будем говорить философски, а не богословски. Богословие — это опыт, а философия — это умозрение и идеи. Поэтому отцы Церкви, полностью, всеми силами посвятившие себя молитвенному деланию, говорили нам — естественно, сколько могли, — и передавали свой опыт и знание о молитве.
Для начала скажем о нескольких теоретических моментах. Всё в Церкви имеет целью исцеление человека, и поскольку исцеление это состоит в нашем возращении к состоянию до грехопадения — ибо грехопадение повредило нашу природу, исказило в нас образ Божий, извратило наши естественные энергии и помрачило красоту творения, — то сейчас Церковь как духовная лечебница заново воссоздает этот образ.
Главное, что было поражено грехопадением, — это наш ум, сердце. Когда мы говорим «ум», то в Церкви мы имеем в виду не мозг, разум, а совокупность душевно-телесных сил, духовных сил, то, что называется также сердцем. Грехопадением сердце человека было разбито, в него нахлынули страсти, и с тех пор человек страдает духовной шизофренией. Хочет одного, делает другое, думает о третьем, четвертого просит, он изменяется, переменяется, порой до такой степени, что сам себя понять не может и чувствует внутреннее замешательство.
Отцы Церкви, опираясь, разумеется, на философские знания своей эпохи, различают в душе человека части — разделение философское, однако вполне выражающее учение Церкви. Они учат, что у души имеются раздражительная, вожделевательная и разумная части. Первая — это сила гнева, справедливости, мужества. Вожделевательной частью являются желания человека — и телесные, и материальные, и даже духовные. Разумная часть — это рассудок, интеллект, как мы выражаемся сегодня.
После грехопадения эти силы в человеке рассредоточились, повредились и стали функционировать противоестественным образом, но все они должны вернуться в свое естественное состояние и соединиться, стать одним целым, человек должен стать несложным, каким его создал Бог. Поэтому вы иногда слышите, что в Церкви превозносятся простые люди.
Когда мы говорим «простые», «этот человек простой», «очень простой человек», то, по меньшей мере когда говорим среди духовных людей, имеем в виду не простоватого человека, иначе говоря — не глупого, и не какого-нибудь власть имущего человека, который выглядит очень демократично и весьма прост в своих манерах; всё это социологические схемы. Прост тот человек, который не думает лукаво: он как малый ребенок, сердце у него простое, доброе сердце, в нем нет хитрости, нет эгоизма, нет подозрительности, нет тайн за семью печатями. Соответственно, прост тот человек, который стяжал Божию благодать и все душевные силы его соединены.
Раздражительной части отцы противопоставляют Божию справедливость, Божию мудрость, Божее мужество. В качестве противоядия для разумной части они предлагают духовное чтение, духовное исследование, созерцание Божественных тайн, а для вожделевательной части — воздержание, аскезу и целомудрие, с крещением всего в купели молитвы. Иными словами, молитва — это движение всех сил человека к Богу. Это, однако, далеко не просто и не наступает неожиданно; к примеру, я сижу дома, занимаюсь всякой всячиной, в уме у меня самые разные представления, но я выключаю телевизор, иду молиться — и вот я уже в духовном состоянии. Так не бывает. Молитва нуждается в подготовке, она нуждается в среде, условиях, в которых ей можно было бы развиваться.
На уровне практики нам, прежде всего, необходимо правило. То есть у человека должно быть правило — каждый день совершать небольшое правило на несколько минут, небольшое, поскольку если он примется за большое, то не сможет удержать его. Как говорят отцы, лучше идти с малым, но постоянным трудом, чем с большим трудом и быстро остановиться. Лучше маленький труд, что-нибудь маленькое, но чтобы это было постоянно, чем что-то большое, что быстро завершится.
Надо начинать молиться по несколько минут — пять минут вечером, две утром. Затем постепенно увеличивать время — добавлять по две минуты за неделю, по минуте за неделю. Будете добавлять по минуте за неделю — через год придете к тому, что каждый вечер будете молиться по часу и более.
Однако, как я говорил ранее, нужны предпосылки, то есть ни один человек не сможет молиться правильно, если не постарается соблюсти всё, что говорится в Евангелии и о чем учит Церковь, потому что молитва — это «концентрат». Мы словно складываем все Христовы заповеди, всю борьбу, которую ведем, в один сосуд, выжимаем всё, и получается одна капля. Эта капля и называется молитвой.
Для большей конкретики поговорим о том, что всем более или менее известно. Я имею в виду так называемую монологичную молитву «Господи Иисусе Христе, помилуй мя» — умную молитву. Эта молитва действительно является тайной Церкви, это очень страшная молитва. Она как бомба, которая с виду может быть такой маленькой, но пускает на воздух всё здание. И она действительно бомба, ибо стоит человеку стяжать и усвоить ее, он начинает видеть, как в глубине его сердца разверзается пролом, через который начинает вытекать вся грязь, все страсти, все грехи. Внутри человека происходит глубокое зондирование, и одновременно с этим Божественная благодать проникает в глубины его существа.
Надо знать, что только Бог входит в сердце человека, никто больше! Даже ум не входит в глубины нашего сердца, но только Бог, потому что Он создал сердце человека. Поэтому наши глубины, сердце глубоко
, как говорится в Писании, ведомы только Богу, Святому Духу, и Святой Дух открывает Себя людям, которые молятся.
Человек начинает постепенно творить молитву, повторять ее, простым способом: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя», — однако при некоторых предпосылках. Какая же из них первая? Крайнее смирение, то есть он должен понять, что обращается к Богу, а обращение к Богу не делается второпях. Бог — Тот, Кто создал небо и землю, Кто держит их в Своей руке, Кто привел нас из небытия в бытие; это Бог, Который нас ради в конкретный исторический момент стал Человеком, был распят, умер за нас, чтобы и мы получили спасение. Вот что первое — осознание того, к Кому мы обращаемся: к Богу.
А затем — «помилуй мя», то есть ощущение Божественной милости. Мы нуждаемся в Божией милости. Если мы будем так продолжать — с осознанием величия Божества и нашей крайней нужды в том, чтобы улучить Божию милость, — тогда можно сказать, что на уровне практики мы обрели два крыла, на которых подобает лететь, и сейчас мы начинаем заполнять свое время молитвой.
Вначале эта молитва произносится устно, вслух, в голос. Когда мы одни, нам нетрудно шептать или даже произносить вслух молитву много раз, исключительно много раз, поскольку каждая молитва — как удар по скале, закрывающей наше сердце, по скале, которой является нашей сердце. Потому что сердце человека иногда бывает таким твердым, что напоминает гранит, и человек, который молится, словно держит большой молот и бьет по этой скале, чтобы разбить камень сердца. Каждый раз, когда он наносит удар, откалывается кусок, камень рушится; он ударяет, ударяет, ударяет, пока сердце не разобьется; и когда оно разобьется, человек становится человеком. И так он заполняет свое пустое время (молитвой). Идет ли, ждет ли, ведет ли машину, едет ли — повсюду. Заполняет пустое время.
Сначала важно количество, а не качество. Он стремится произносить молитву много раз. Если может творить ее качественно — то есть с вниманием, умилением, — то хорошо, если же не может — не беда, пусть только творит молитву. И пусть не смотрит на свой ум: ум его может где-то витать, блуждать, думать о срамных вещах, думать о чем угодно и находиться где угодно — он же пусть продолжает творить молитву. Отцы даже говорят, что когда мы согрешаем — это нечто дерзновенное, но они так сказали, — в тот миг, когда человек согрешает, совершает самый ужасный грех, даже тогда он должен молиться. Иными словами, надо иметь дерзновение устремить ум свой к Богу и сказать:
— Вот видишь, что я делаю, но вопреки этому молюсь!
То есть я не могу делать что-то другое, но хоть уста мои взывают к Богу. И это уже что-то. Это как если кто-нибудь падает в бездну и ухватится за веревку. Держит он веревку, не выпускает, и придет час, когда Бог его помилует. Бог поможет, и он воспрянет.
Часто бывает так, что многие люди молятся, но погружены во мрак, они не видят просвета, не чувствуют утешения, не слышат ответа, их молитва — это духовный мрак и ад. Человек, который чувствует себя таким образом, должен естественно иметь дерзновение, потому что он похож на больного раком, который проходит через химиотерапию, волосы у него выпадают, его тошнит и прочие дела, но это тоже условие исцеления.
Человек должен углубиться внутрь себя, потому что там происходят две вещи. И первое вот что: в глубине души таится колоссальный эгоизм, скрытый для его глаз. Когда молитва ударяет внутри, выползает тьма, и эта тьма, живущая в нем, должна выйти. К сожалению, это самое тяжкое переживание для того, кто начинает молиться. Вместо того, чтобы обрести свет, он встречает мрак, вместо того, чтобы встретить Бога, он видит ад, вместо того, чтобы выплыть, он тонет, и те из вас, кто читал житие святого Силуана Афонского, помнят, что он тоже утопал в аду, в аду отчаяния, погибели, но Господь явился и сказал ему:
— Держи ум свой в аде, ты должен быть в аду, но не отчаивайся!
И вот человек продолжает копать и ударять, пробивая глубины своего бытия молитвой, проявляя терпение, он лелеет надежду, надеется, что действительно получит Божию милость.
Ведь Сам Христос в Евангелии говорит нам, что всё, чего мы ни попросим в молитве, получим. Невозможно, чтобы Христос изрек ложь! Он сказал нам: стучите, и отворят вам
,- откроется дверь; просите, и непременно получите. Если вы не получаете, то это означает, что вам нужно еще просить, настаивать, быть терпеливыми, не терять дерзновения, — ударяйте в камень вашего сердца, и Святой Дух непременно разобьет его.
Не нужно отчаиваться, когда видите этот мрак, когда видите, что ум ваш не собирается. Многие молодые люди из подвизающихся говорят:
— Отче, я молюсь, но не могу собрать свой ум, он носится там и сям. Я вообще не могу его удержать!
Не бойтесь! Старец Паисий приводит следующий пример: ум может бежать, но клубок держит Христос. Он рассказывал, как в их селе дети ловили воробьев, привязывали им к лапке нитку — это было для них забавой — и отпускали, но клубок держали в руках. Они, бедняжки, летели и думали, что свободны, что-то чувствовали у себя на лапке, но поскольку летели, то их это не тяготило: крылья-то у них были свободны. Когда же через некоторое время дети принимались сматывать клубок, воробушки возвращались назад. Им старец Паисий уподобляет человека, который молится, а его ум носится там и сям. Он говорил:
— Это ничего, чадо мое! Клубок да будет у Христа, а он пусть себе летит! Куда он денется? Вернется назад в определенный момент.
Так бывает с человеком, который призывает Божию милость. В то время, как он утопает в этом пространстве, но проявляет терпение, в глубинах его бытия зарождается надежда — надежда на Божию милость. Эта надежда начинает рассветать исподволь, и по его труду, настоятельности и силе свет этот постепенно преодолевает мрак.
Плоды молитвы изобильны и бескрайни. Есть великие плоды молитвы, украсившие святых: великие благодатные дары, чудеса святых, которых мы, разумеется, достигнуть не можем, но хотя бы будем знать о них теоретически. Человек получает пророческий дар, становится прозорливым. Всё то, о чем Христос сказал нам в Евангелии, подтверждается в жизни людей, которые молятся. Но тут, в повседневности, мы — молодые люди с великими немощами, что же происходит с нами?
Кто действительно молится, тот достигает одного великого результата — он становится социальным, общительным человеком, поскольку молитва обладает этим свойством выводить человека из его индивидуализма и соединять в первую очередь с Богом. Когда она соединит его с Богом, то заодно с этим человек легко соединяется со всеми остальными и уже не страдает от одиночества. Если кто страдает от одиночества, это означает, что он не молится. Кто молится, тот может быть совсем один, он может быть отшельником, жить в глухой пустыне, он может быть один и в Никосии, Афинах и не иметь ни одного друга, но утешение молитвы пребывает в нем.
Кто молится, тот действительно общается с другими. Его сердце общается, он не чувствует себя одиноким, а потом и перестает иметь абсурдные претензии к другим, что являлось порождением его индивидуализма и эгоизма. Когда хочет, чтобы его понимали, он не говорит:
— Меня не понимают! Меня никто не понимает!
Эти болезненные слова говорит человек, не вкусивший того, что значит Святой Дух, что значит молитва. Потому что как ты можешь ждать, чтобы тебя поняли? Кто тебя должен понять? Давайте перевернем вопрос: а ты кого понял? Ты кого принял? Ты сам себя понял? Ты сам себя принял? Как же другой может понять тебя? А кто такой другой? Такой же человек, как и ты! Что такое другой человек? Почему ты ищешь у него того, чего он не может дать тебе? Ты хочешь, чтобы он понял тебя, принял. Поэтому и начинаются потом болезненные сентиментальности:
— Я люблю тебя, а ты меня нет! Я не могу жить без тебя!
И плачут несчастные девушки, и получаются все эти травмы и трагедии, которые мы порой наблюдаем. Почему? Потому что мы возлагаем завышенные надежды на людей.
В тот час, когда человек почувствует себя так, — и это очень естественно, чтобы вы, люди молодые, чувствовали подобные вещи, — он должен начать думать смиренно и молиться, по сути — направлять всё свое сердце, всё свое израненное сердце ко Христу, он должен научиться не ждать от других того, чего они не могут ему дать, потому что у них этого нет.
Что бы ни делал другой, он человек. Никакой человек не может совершенно утешить другого человека. Это ошибка — желать обрести покой в каком-нибудь человеке. Любой человек, как бы он ни любил вас и как бы ни любили его вы, — загляните внутрь себя, — имеет ограниченные возможности. Он человек, у него мало сил, у него малая вместимость, один только Бог дает всецелый покой человеку, и только Бог никогда не отталкивает человека и никогда нас не разочарует! И не предаст нас, не бросит.
Следовательно, то, чего мы ищем у других, надо искать у Бога; а перестав ждать этого от других, мы поймем, что другой существует не только для того, чтобы давать нам, но и чтобы брать у нас, и надо не только просить у него, но и давать ему. Мы хотим, чтобы он нас выслушал, чтобы мы выговорились перед ним. А почему бы тебе не дать другому выговориться перед тобой? Почему ты сначала не поговоришь с самим собой? Вот в чем дело. Ты не даешь ничего, а хочешь всё взять! Например: «Здесь и сейчас! Я хочу говорить с тобой здесь и сейчас!» И начинаются претензии, а после появляются болезни, психологические травмы, разрывы, всё то, во что мы впадаем и из чего потом вообще не можем выбраться; мы заходимся в плаче, становимся героями в собственном представлении из-за того, что страдаем от притеснения людей. А от нашего притеснения никто не страдает? Бог знает. Это мы воображаем себя героями.
Знаете ли вы, что молитва — это действительно самое эффективное средство от того, чем страдают сегодня молодые люди? Человек, который молится, не бывает борим всем этим. В противном случае он делает нечто другое — не молится, то есть не ищет Бога, а ищет другого — ищет человеческого утешения, он не научился искать Божией милости. Потому что возможно только так: или Бог лжец, или мы негодные. Бог не лжец. Значит, что-то не то с нами.
Что касается вопроса: означает ли тревога отсутствие веры?.. Даже то, что вопрос написан на таком листочке… уже признак тревоги. Потрепанный листок, который, если бы на нем и ничего не написали, дает повод для целой беседы. Вырванный наспех из какой-то тетрадки.
Тревога — это не только признак отсутствия веры, но и признак беспорядка. Не смейтесь. Знаете, ведь человека иногда видно в мелочах; и встретив святых, вы увидели бы, что они совершенны даже в частностях. Мы видели святых отшельников, людей, у которых в келье — там, где они жили, в их пустынных местах, — не было ничего: у них был такой чин жительства. И всё, что они делали, они действительно делали как можно лучше, даже самую простую вещь. Надо помидор порезать — они резали его отлично. Поэтому будьте внимательны к деталям. Особенно девушки.
Тревога побеждается и уничтожается молитвой, потому что тревога в сущности происходит от натиска среды, натиска событий мира сего: наваливаются уроки, спешка, наши немощи, страсти, всё — и нас охватывает тревога. Молитва обладает следующим свойством: как только она начнет совершаться в человеке, она выводит его из всего этого, дает ему другое ощущение времени, другое ощущение вещей мира сего. Она заставляет его подняться над всем этим — делает его не бесчувственным, а чувствительным, но неуязвимым для событий мира сего.
Первое, о чем говорят отцы: она освобождает ум и сердце от среды, и поскольку именно среда порождает тревогу, то молитва действительно освобождает от тревоги. Так человек, который молится, и молится с чувством, избавляется от всего этого, поскольку, что бы ни случилось в его жизни, даже смерть — во всех ее формах, не только как биологический факт, — он просвещается Христовым присутствием.
Скажу вот еще что: именно в Церкви, где человек проводит помногу часов, исчезает натиск среды, потому что Церковь подает человеку силу отстранить от себя вещи мира сего, особенно святая литургия. Поэтому важно научиться ходить в церковь. Церковь, богослужение похожи на самолет, ты действительно так чувствуешь себя: туда заходишь и хочешь — не хочешь, понимаешь — не понимаешь ты в самолетах, но летишь вместе с другими. Самолет взлетает вместе со всеми находящимися внутри. На это похоже богослужение.
Вот ты пришел на литургию и стоишь пень пнем. Пусть так, пусть даже ничего не понимаешь, но ты приди только, и будь ты хоть пнем, сухим бревном, и пусть ум твой, если хочет, витает, скитается и носится где-то там… Но и дерево в Церкви освящается, и камни, и пыль. Поэтому, когда мы в монастыре подметаем храм, мы не высыпаем пыль в мусорное ведро: у нас есть специальное место, куда мы ее выбрасываем, потому что в храме даже пыль священна. Точно так же и всякая вещь, которая была в храме, уже не используется для какой-нибудь общей цели. Этот стол ты уже не можешь взять и пойти с ним на шашлыки: он освящен.
Итак, мы говорим о практическом уровне: вот человек постоянно повторяет молитву и доходит до некоей точки — знаете до какой? Он научается плакать. Слезы — это признак молитвы. Через слезы действует молитва в человеке. Пока ты не плачешь, ты будешь страдать. Если же научитесь плакать, начнете отдыхать душой. Поэтому отцы исключительно много говорят о слезах.
Ты скажешь мне: «Что ж нам теперь, взрослым людям, начать плакать как дети?» Хорошо, женщины могут плакать, их слезы недорого стоят. Я говорю это не потому, что имею что-нибудь против женщин! Но дело действительно обстоит так, что им легко заплакать, и они могут употребить свои слезы на добро. То есть когда они плачут так, то эти слезы, что с легкостью катятся по женскому лицу, могут насадиться в молитве. Они действительно приносят большой плод. И поэтому женщины молятся исключительно много, с великой силой. Но и у мужчин тоже должно быть нечто подобное, потому что если человек не научится молиться со слезами, он не сможет обрести сущность своей молитвы.
Поэтому каждый день, каждый вечер, когда мы одни в своей комнате, нужно уделить немного времени себе и начать молиться с сознанием величия Бога и Его милости, и так, чтобы начать плакать. Когда научитесь плакать, тогда вы действительно вошли в духовную жизнь. Святой Исаак Сирин говорит, что духовная жизнь начинается со слез. Парадоксально, абсурдно звучит сегодня: «пойти молиться и заплакать». Но по-другому нельзя.
Вспомним-ка, как поступали старые люди, которые были так добры и мудры и так легко начинали плакать. Вы помните похороны в былые времена? Какие хорошие похороны тогда были! Идешь туда и слышишь рыдания, плач. Но вот закончилось погребение — и люди уже спокойно едят и спят. А сейчас: начинаются похороны — люди пьют антидепрессанты, закончатся — они идут к психиатру. 15 лир за 45 минут — бедные врачи, им тоже нужно на хлеб заработать, — и вот карманы у людей уже забиты таблетками. Потому что они не плачут, даже на похоронах сегодня не плачут.
Когда я в Солониках учился в университете, то узнал как-то, что произошла авария и два человека погибли. Я уже давно не слышал похоронных причитаний и сказал себе: пойду послушаю, как люди плачут, поплачу и я, так сказать. Пришел на отпевание в митрополичий храм во имя святителя Григория Паламы в Солониках и стал ждать, как на Кипре, когда появится гроб, чтобы услышать эти душераздирающие крики. И вот вносят гроб, и ничего. Не буду говорить, что было полно цветов и каких-то венков. Сначала я даже подумал, что тут будет свадьба. Но вот закончилось отпевание, священники назвали имя покойника, спели тропари — и всё. Это ужасно.
Не плачут, а потом и не смеются тоже. Кто не плачет, тот и не смеется. А если смеется, то как-то так, не в полную силу. Он не смеется от души, всем своим существом, так, чтобы лопнуть со смеху. Всё становится поверхностным: плачет он поверхностно, смеется поверхностно, любит другого поверхностно, всё происходит как-то так и не достигает глубины его бытия.
Митрополит Лимассольский Афанасий
Перевела с болгарского Станка Косова
Двери.Бг
Пересветовское подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры
В московском Сретенском монастыре состоялась презентация первой в России книги митрополита Афанасия Лимассольского «Открытое сердце Церкви». Владыка Афанасий много лет подвизался на Святой Горе Афон, пребывая рядом со старцами Иосифом Ватопедским, Паисием Святогорцем и многими другими подвижниками. Первая часть книги посвящена рассказам о старцах. Вторая часть — беседы и проповеди владыки о главных темах христианина: вере, семье, отношениям, воспитанию детей, взаимодействию с окружающим миром. На презентации своей первой книги, вышедшей в России, владыка поделился своими жизненными наблюдениями. В ходе встречи поднимались разные вопросы: о монашестве, иноверцах, спасении души и умерщвлении гордыни, о жизни в семье, о старцах, святых, о вселенском православии.
Митрополит с улыбкой рассказал, что не благословлял издание своей книги: «Я не считал, что могу сказать что-то ценное и до сих пор не понимаю, как случилось, что ее все-таки издали в России… Я не написал ни одну из бесед, которые изданы в этой книге. Это были устные беседы, обращенные к молодежи моей паствы. Некоторые молодые люди были вдохновлены, решили сделать аудиозаписи, поместить эти записи в интернет и, таким образом, к радости или к сожалению, они стали известны. Теперь мы уже не можем ничего сделать, кроме как поблагодарить Бога, который терпит нас и пожелать, чтобы Господь благословил наш путь, игумена и братию этого монастыря».
20 истин от владыки Афанасия Лимассольского:
- Христос является Смыслом жизни. Если у человека есть все, а Христа нет, у человека нет ничего. Но если у человека есть Христос, но нет ничего другого-у него есть все;
- Старец Паисий часто говорил: ”Давайте подвизаться добросовестно. Не для того,чтобы избежать ада, а чтобы не расстроить Бога”. И это было центром его учения;
- Каждый день у нас масса возможностей для того, чтобы избавляться от своего эгоизма. Мы можем это делать через терпение и любовь,которые нужно проявлять к нашим окружающим;
- Нужно искать способ пустить Христа в сердце. Когда это произойдет — Христос исцелит его. Если мы приобретем здоровье, все микробы отпадут;
- Христиане должны научиться делать все вокруг себя красивым, благодарить Бога за Его великую любовь, всю жизнь говорить: “Слава Богу!”;
- Если человек не знает, что ему делать в жизни, он не должен отчаиваться. Кто из нас знает, что он хочет делать? Мы знаем одно:мы хотим быть рядом с Христом. Этого никто у нас отнять не может;
- Христианину совершенно необходимо любить и уважать всех людей, а также религию любого человека, во что бы тот не верил;
- Не надо смотреть на принятие в свое сердце Христа,как на что-то сложное. Нужно иметь доверие Богу. Старец Паисий говорил: «Господь — это воздух. Не делай из Него углекислого газа». Господь освобождает и дает нам радость жизни во Христе;
- Когда я прожил со старцем 16 лет, я понял: все, что сказал Христос — это Истина. Святые являются доказательством Евангелия. Зачем мне сомневаться в чудесах? Я каждый день видел чудеса, творимые старцем Паисием во славу Божию;
- Без святых Евангелие не имело бы доказательств. Церковь все время рождает святых;
- Интернет опасен для всех нас. Но надо понимать, что в нашу эпоху невозможно жить без интернета. Выходом является не запрет. Мы должны учить ребенка правильно пользоваться интернетом, не становясь его рабом, насколько возможно сохранять дистанцию. Родитель должен следить за своим ребенком и делать все, что от него зависит;
- Необходимо говорить со своими детьми, посвящать им время,чтобы они имели к нам доверие. Не стоит пугать детей своими угрозами;
- Однажды мы со старцем Паисием ехали на корабле с Афона. К отцу Паисию подошел очень серьезный подвижник, который много лет подвизался на Святой горе Афон. Он все время сетовал и повторял: «Все, что мы приобрели духовного, все в миру растеряем». Затем он обратился к старцу и спросил, что он думает на этот счет. Старец ответил: «У меня ничего нет, я ничего не теряю. Может, у тебя что-то есть и ты это растеряешь». Тогда подвижник понял и ответил, что у него тоже ничего нет;
- Наши оценки наше собственного духовного уровня немножко искусственны. Когда я был монахом первые 2 года, я подошел к старцу Паисию и сказал, что очень стараюсь молиться и не вижу никакого результата. Он спросил меня, какой я хочу результат. Я ответил, что то, о чем мы читаем в книгах. Тогда старец мне предложил воскресить его умершую кошку. «Ты хочешь чудеса творить?» — спросил меня старец. На этом мой вопрос был исчерпан;
- Гордость — это болезнь.Когда кто-то одел искусственное украшение и думает, что стал царем — он болен.А достоинство и благородство-это носить золотое украшение и не придавать этому значения;
- Какой-то человек пришел к старцу и пожаловался, что страдает гордостью. Старец ответил ему: «Конечно, очень хорошо, что ты гордый. Ведь именно ты создал небо и землю, и все вокруг».То есть старец ясно дал понять, что гордый человек — это больной человек;
- Мирскому человеку необходимо заботиться о том, чем будет питаться его семья. Но нельзя порабощаться этим. В центре сердца непрестанно должна совершаться Божественная Литургия. Христос благословит все, что мы не успеваем из наших важных многочисленных дел;
- Многие люди говорят, что верят в Бога, но не хотят идти в храм. Это происходит потому, что они боятся врача. Они предпочитают купить аспирин в киоске, но боятся идти к врачу. Церковь — это операционная, она является настоящей лечебницей, которая исцелит человека.Иногда этот процесс бывает очень болезненным. Невозможно исцелиться, не признавая своей болезни;
- Мы должны молиться о тех, кто не ходит в храм и иметь открытые объятия, чтобы их принять. Апостол Павел стал апостолом тогда, когда был к этому готов. Господь с уважением относился к его свободе и проявлял терпение;
- Господь ждет, чтобы мы пришли к нему. Это Его призыв ко всему миру.
Интернет-издание «Татьянин день»
- Нажмите, чтобы распечатать (Opens in new window)
- Поделитесь в Twitter (Opens in new window)
- Отправить ссылку в ВКонтакте (Opens in new window)
- Click to share on Facebook (Opens in new window)
- Отправить ссылку в Одноклассники (Opens in new window)
- Отправить ссылку в Мой Мир (Opens in new window)
- Click to share on Google+ (Opens in new window)
I
Митрополит Афанасий из г. Лимассоля (о. Кипр) – один из самых уважаемых архиереев Кипрской Церкви. Он знаменит как своей твёрдостью в Православии, так и своими беседами, которые раскрывают суть нашей веры и духовные основы жизни столь же ясно и просто, как и беседы его духовного отца – старца Паисия Святогорца, под руководством которого владыка возрастал, когда подвизался на Афоне.
Человек, ищущий Бога и стремящийся иметь связь с Ним, насыщается Божиим присутствием, по словам Давида: «А я в правде буду взирать на лице Твое; пробудившись, буду насыщаться образом Твоим» (Пс. 16: 15). То есть он насытится, когда увидит Божие присутствие и вкусит бытие Его. И опытом доказано, что человек, который имеет личные отношения с Богом, не чувствует в себе пустоты. Благодать Божия имеет удивительное свойство: независимо от того, великий ли святой подвизается, чтобы встретить Бога, или обычный человек, каждый получает знание и опыт благодати, вкушает ее, переживая Божественное присутствие. Независимо от того, много благодати в человеке или мало, у него не появляется чувства, будто в душе его вакуум. Человек, который живет с Богом, чувствует полноту, абсолютную полноту. Потому он не испытывает тяги к чему-то другому, в чем он имел потребность раньше, чтобы заполнить свою пустоту, потратить время или утолить интерес.
Мы часто спрашиваем, не грех ли то или другое. Например, грех ли курить? Грех ли пить? Грех ли ходить на дискотеки или известно, куда сейчас ходят? Грех ли все это? Мы не можем отвечать на эти вопросы, потому что это неправильные вопросы. Если отвечать на них прямо, то ответ будет неправильным. Но мы можем сказать, что человек, который имеет связь с Богом, не имеет потребности курить, пить или бродить по улицам, чтобы убить время. Он чувствует в себе полноту, уравновешенность, и это побуждает его беречь себя от всего лишнего, чтобы оставаться уравновешенным и счастливым.
Мы много заботимся о том, чтобы заполнить свою жизнь тысячью вещей. Например, есть люди, которые от пустоты в себе поддаются мании покупать. Это, конечно, неплохо поддерживает торговлю, но для самого человека становится духовной проблемой. Церковь говорит нам о нестяжании: не стремись чем-либо обладать, чтобы ни от чего не зависеть; довольствуйся тем, что имеешь; другие вещи тебе не нужны. Нестяжание считается главной добродетелью монашества – иноки не могут что-либо иметь. Почему? Чтобы научиться не основывать свою жизнь на подпорках, чтобы научиться стоять прямо. Чтобы не было беспокойства о том, как заполнить пустоту какими-то низкими вещами и отбросами, или, по словам старца Паисия, не копить балласта в своем сердце, чтобы потом не пришлось искать целую бригаду для очистки от того мусора, который ты в себе собрал.
Однажды старцу Паисию принесли кофеварку. У него не было ничего подобного, так как он не занимался приготовлением пищи. Была только банка из-под молока, которую он приспособил для кипячения воды, чтобы заваривать чай для гостей. Увидев, как он готовит чай, ему и принесли кофеварку. Старец Паисий сказал дарителю: «Зачем ты принес мне кофеварку, если мне даже некуда ее поставить? Значит, нужно, чтобы ты принес мне для нее полку, а также понадобятся и гвозди, чтобы прибить полку к стене. Затем понадобится средство для мытья этой посуды, да еще нужно будет узнать, какое… Так что оставь себе кофеварку, а я могу и дальше довольствоваться банкой, которая служит мне уже очень давно».
Когда я пришел к старцу Паисию, то одновременно и удивился, и ужаснулся его полному нестяжанию. У него не было ничего. Не знаю, можете ли вы представить, что человек живет в доме, где нет абсолютно ничего. В его комнатке стояло несколько деревянных ящиков, на которых сверху лежали два-три старых одеяла. На стенах висели бумажные иконы. Когда он переселялся, то брал две сумки и уходил. Зимой, когда было холодно, он одевался во все свои одежды и говорил в шутку, что если куда-то идет, то не имеет нужды за чем-то возвращаться, поскольку вся его одежда при нем. После его кончины искали, что бы можно забрать из его вещей, и ничего не нашли.
Однажды к нему пришел некий человек. Видя, что посетителю холодно, старец дал ему одежку, и у гостя возникла «блестящая идея» срезать пуговицы и забрать их себе как благословение. Так и унес их с собой. Старец потом увидел, что пуговиц нет – ни одной… И что же он сделал? Нарезал веточек и приладил их вместо пуговиц.
Большая беда, когда человек имеет пустоту в себе. Она возникает от преизбытка вещей, тех простых вещей, которые, если их спросишь, не ответят. Это пустота в душевном мире человека. Не следует оставлять чего-либо без ответа. Мы должны быть внимательны в ответах, когда нас спрашивают. Особенно необходимо отвечать, когда спрашивают дети. Не оставляйте без внимания вопросы ваших маленьких детей. Отвечайте им серьезно, а не наивно и по-детски, отговорками. Серьезно, но как детям, чтобы они могли понять, что ответ будет серьезным и правильным. Когда мы не имеем ответа на все, что нас окружает, тогда в нашем душевном мире появляются пустоты.
А когда человек устанавливает отношения с Богом, то прекращаются поиски, которые были у него прежде. Тогда он спрашивает себя: «И зачем прежде я занимался всем этим, мотался направо и налево, ходил развлекаться, чтобы скоротать время, нуждался во всех этих вещах, по часу сидел перед зеркалом, стоял столько часов тут и там?» – и не находит причин этому. Иногда эта суета выглядит немного смешной. Как-то раз я, стоя у перехода в ожидании сигнала светофора, заметил парикмахерский салон и увидел через окно пришедших туда бедных женщин. Можно пожалеть их, видя, чего они там терпят и сколько времени на это тратят. И ведь довольно часто, чаще, наверное, чем раз в год. А есть люди, которые ходят туда каждый день или через день. Смотреть на это – мука. Не говорю уж о том, что это не нужно… Главное же, что хочу сказать: человек не может насытиться искусственной пищей. Не достаточно ему и детской пищи. Даже в духовных вещах.
Человек становится внутренне устойчив, когда питается твердой пищей. Эта твердая пища есть Божие присутствие. Действительно, тогда человек чувствует полноту, насыщенность и счастье. Только тогда он может ощутить истинную радость, свободу и величие своей человеческой жизни. Не знаю, чувствовали ли вы когда-нибудь, что можно глядеть на себя и радоваться своему существованию – не по самолюбию, не из нарциссизма, а видя, с какой мудростью и изяществом Бог сотворил мир и человека, каждого из нас и нас самих. В таком состоянии человек идет к Богу с великой благодарностью, и когда ощущает эту полноту, тогда не испытывает таких болезненных эмоций, как ревность, зависть, боязливость, подозрительность, всех этих «он мне сказал», «он мне сделал», «он у меня отнял». Объективно это все может быть действительно так: сказал, сделал, отнял – но в нашем душевном мире все это не оставляет никаких пустот, потому что ничего не значит для нас. Важно то, что мы в себе имеем полноту связи с Богом и нас наполняют слова Христовы. Человек насыщен и заполнен Божественным присутствием.
Когда мы чувствуем потребность сделать что-то, нужно спросить себя, зачем мы это делаем. Для чего, например, нам нужна эта вещь? Чтобы заполнить нашу пустоту? Чтобы придать смысл своей жизни? Чтобы подтвердить свое существование? Или потому что подчиняемся внешним потребностям, поскольку наша связь с Богом не единственное, что должно быть? И так, если анализировать все проблемы: общественные, семейные, личные, то человек в конце концов доходит до самого себя. А дойдя до себя, он продолжает дальше и находит, откуда все это проистекает – от отсутствия связи с Богом. От этого происходит все прочее зло, и все становится таким, каким мы это знаем. Внешние мировые проблемы: войны, голод, нищета, преступность, наркотики – плоды этого древа. Проблема человека, который принимает наркотики, состоит не только в употреблении наркотиков – это лишь плод. За наркотиками сокрыты тысячи других вещей, целая история. Почему этот человек принимает наркотики? Как он до этого дошел? Почему нуждается в них? Если имеешь внутреннюю полноту, станешь ли их искать? Когда он совершает падение, то лишается свободы и становится рабом наркотиков. Так же и с любой страстью. Говоря о «борьбе со страстями», мы свидетельствуем о рабстве перед страстью, о потребности в ней, что означает: внутри нас не устроено все так, чтобы действовать совершенно. Это значит, что у тебя есть пустоты, и потому возникает нужда в заменителях, чтобы насытить твой голод. Это значит, что у тебя есть богословская проблема – проблема отношений с Самим Богом.
По материалам сайта www.pravoslavie.ru
Заключите свое сердце в пустыню
Митрополит Афанасий Лимасольский
В Сретенском монастыре издана первая книга знаменитого кипрского проповедника.
«Я не считаю, что могу сказать что-то новое, ценное», – начал свою беседу с журналистами митрополит Лимасольский Афанасий, известный проповедник, чье имя знакомо каждому жителю Кипра. Никогда раньше Владыка не издавал свои труды, однако, записанные на диктофон прихожанами, его беседы и наставления уже разошлись по всему православному миру. Несмотря на крайнюю занятость, архиерей регулярно сам исповедует и уже более 10 лет четыре раза в месяц выступает с открытыми беседами в храмах Лимасольской митрополии и Кипрском университете.
Книга «Открытое сердце Церкви», вышедшая в издательстве Сретенского монастыря, – первое издание, благословленное митрополитом Афанасием. Владыка лишь отшутился, когда его спросили, почему он выбрал именно русскую православную паству: «Я сам не понял, как это произошло, теперь мы уже ничего не можем сделать – только поблагодарить Бога», – и отметил, что эта книга «издана с большой любовью».
Первая ее часть – сборник воспоминаний о старцах, с которыми митрополиту Афанасию довелось близко общаться на Афоне, Кипре и в Греции. Среди них – живые и сокровенные рассказы об Иосифе Исихасте, Паисии Святогорце, Порфирии Кавсокаливите, Иосифе Ватопедском и других. «Безусловно, само знакомство со святыми людьми не делает человека сразу святым, – напротив, это увеличивает мою ответственность за себя самого и перед Церковью», – признался митрополит на презентации. «Присутствие современных старцев в нашей Церкви свидетельствует о постоянном, непрерывном присутствии Христа в нашей жизни», – добавил он.
«Главный призыв святых миру в том, что Христос является центром жизни. Если у человека есть все, а Христа нет, – значит, нет ничего, если же нет ничего, но в жизни есть Христос, – значит, человек наполнен», – подчеркнул архиерей. Каждый из старцев выражает это своим способом через свою жизнь. «Мы видели много знамений и чудес. Но самое главное чудо заключается в том, как человек может стать истинным чадом Божиим. Это самое великое знамение, которое мы можем увидеть в своей жизни».
Во второй части книги собраны проповеди архиерея. Показать только начинающим свой жизненный путь людям радость жизни со Христом, исцелить раны современного общества, где разводов больше, чем браков, а дети не защищены от серьезных искушений и часто не воспитываются в христианской традиции, – главное стремление автора книги.
«За все благодарите Бога», – постоянно напоминал митрополит Афанасий в течение двухчасовой встречи. Журналисты не отпускали Владыку и интересовались уже не столько книгой, сколько задавали вопросы о собственных трудностях духовной жизни.
Опытный духовник, владыка митрополит с легкостью разрушает в своей книге многие привычные штампы о духовной жизни. Например, он дает остроумный ответ на часто задаваемый, особенно женщинами, вопрос. «Некоторые отмечают в духовной жизни какой-то этап, до которого люди доходят, а затем не растут. Эти люди могут ходить в церковь десять и более лет, но они словно ходят по кругу. Что делать, если нет духовного роста?» – спросила на презентации одна из журналисток. В ответ митрополит Афанасий рассказал историю из своей жизни: – На первом или втором году своего монашества я как-то подошел к старцу Паисию и пожаловался, что я на Афоне уже достаточное время, стараюсь молиться, но не вижу никакого результата. Геронта удивился: «А какой ты хочешь результат»? «Тот, о котором мы читаем в книгах», – ответил я. Тогда старец сказал: «Вот, у меня сдохла кошка, пойди, воскреси ее! Что ты хочешь: чудеса творить?»
Все эти размышления – «поднимаюсь», «развиваюсь», «не поднимаюсь» – немного искусственны. Когда я скажу, что я что-то сделал, это значит, что я тут же все растерял!
Однажды мы вместе со старцем Паисием плыли на корабле с Афона. К нему подошел один подвижник, который был настоящим аскетом и уже много лет не покидал Святую Гору. Этот монах все время повторял: «Вот мы удаляемся от Афона, сейчас приедем в мир и все, что приобрели, – все растеряем». Он повторил это раз сто и затем прямо спросил старца, что же теперь делать. Геронта ответил: «А у меня ничего нет, поэтому я ничего и не потеряю!»
Святые – доказательство Евангелия
Книга митрополита Афанасия – это искренний рассказ о собственных духовных поисках, о благодатной помощи святых, о том, как они постоянно участвуют в нашей жизни. «Святые – это доказательство Евангелия», – напоминает он. «Мы получаем огромную пользу, читая жития. Наши святые – и русские, и греки, и древние, и современные – это отцы каждого из нас. Мы должны постараться стать их подлинными любящими детьми», – отмечает автор книги. Митрополит Афанасий рассказал, что в греческом мире очень любимы и почитаемы и преподобный Сергий Радонежский, и преподобный Серафим Саровский, и другие русские святые. «Мы чувствуем, что это общие наши отцы, такие святые принадлежат всему миру, Вселенскому Православию», – сказал он.
– Когда я только познакомился с афонскими старцами, мне было 19 лет и у меня было много вопросов. Но когда я прожил рядом со старцем Паисием 16 лет, то понял, что все, что сказал Христос, истина. Все, что сделали святые, – это правда. У меня нет никаких сомнений.
Зачем мне сомневаться, совершал ли Христос чудеса, описанные в Евангелии, если я каждый день их наблюдал на Афоне?
Один раз на Святую гору в гости к старцу Паисию приехал университетский преподаватель, атеист. Они сели поговорить со старцем. Ученый говорил, что не верит в Бога, потому что преподает физику, а «его наука не помогает вере».
«Даже у ящерицы мозгов больше, чем у тебя», – ответил ему старец Паисий. Он поманил к себе одну из ящериц, которые ползали вокруг (в нашем климате их много), и спросил ее: «Есть ли Бог»? И вдруг ящерица поднялась на задние лапы и утвердительно покивала головой – это видели все вокруг.
Без святых Евангелие не могло бы иметь доказательств. Церковь все время рождала святых: и раньше, и сейчас, и завтра.
Как выбрать свой жизненный путь?
Проповеди митрополита Лимасольского, монаха с афонским опытом, часто обращены к молодым мирским людям. Именно несчастья тех, кто живет в бурном житейском море – современной Европе, особенно тронули Владыку, когда он получил послушание распрощаться с любимой Святой Горой и поехать служить в Лимасол – второй по величине город Кипра, крупный экономический и культурный , – напоминает проповедник.
– Если человек не знает, что ему делать в жизни, пусть не отчаивается. Что мы знаем о своем будущем? Только то, что хотим быть со Христом, этого никто у нас отнять не может. Остальное вторично: создадим ли семью, пойдем учиться в университет или уйдем в монастырь.
Если говорить о духовном пути, то, конечно, мы не должны умалять ценность пустыни, которая очень велика и помогает. Но тем не менее мы не можем ограничить силу Божию каким-то одним местом.
Старец Паисий говорил: «Мы должны заключить свое сердце в пустыню, отдаленную от страстей и греха». Это и есть настоящая пустыня. Есть люди, которые живут в миру, а сердце их в пустыне. Есть люди, которые живут в пустыне, а сердце их в миру. Поэтому нужно быть внимательными и понимать, что образ мыслей и способ жизни спасает человека, а не географическое место.
Цель не заключается только в том, чтобы умертвить свой эгоизм, но чтобы облечься во Христа. Человека спасает Христос через Церковь, и, если мы объединены с Ним через Церковь, тогда мы не только освободимся от ветхого человека, но и облачимся в нового. Это может произойти и в монастыре, и в миру.
Каждый день у нас есть множество возможностей, чтобы избавиться от эгоизма, особенно в обществе, в котором мы живем. Это можно делать через терпение и любовь, которые мы должны проявлять к нашим ближним.
Но нужно стараться не только умертвить наш эгоизм, но и искать способ впустить Христа в свое сердце. Если это произойдет, то Он исцелит наше сердце. Грех – это болезнь, и если мы приобретем иммунитет, все болезнетворные микробы погибнут.
Старец Паисий отмечал: давайте подвизаться добросовестно и по доброй воле – не для того, чтобы избежать ада, но чтобы не расстроить Господа. Для него Христос был и отцом, и братом, и другом, и он все делал из любви к Богу.
Подвижник ничего не просил у Христа для себя: ни исцелиться, когда был болен, ни отдыха, когда был усталым. Он хотел только одного: не расстраивать Христа.
В своей книге Владыка делится воспоминаниями о том, как он преодолевал смущение и уныние, когда впервые столкнулся с трудностями пастырского служения в своей епархии.
– На следующий день после того, как меня избрали митрополитом Лимасольским и совершилась моя хиротония, я служил Божественную литургию в кафедральном соборе. Празднования кончились, и пришло время соприкоснуться с действительностью. Во время Литургии я почувствовал, что у меня защемило сердце, и я подумал: «Теперь мы будем в городе, где много проблем». Я сам родом из Лимасола, поэтому имею право описывать город таким, какой он есть, не рискуя быть обвиненным в осуждении(…) Я просил Бога, чтобы Он мне помог, укрепил меня. Ко мне подошел один из священников и сказал: «У нас долго не было митрополита, и люди очень волнуются, поэтому срочно нужно подписать некоторые бумаги». – «С удовольствием подпишу, дорогой отче». А про себя подумал: «Интересно, где я поставлю свою первую подпись?» Посмотрел и увидел стопку документов с разводами. Тогда я сказал: «Дорогой мой, убери это подальше от меня. Принеси подписать что-нибудь другое». Ведь не ставить же мне мою первую подпись под разводами?!
Тогда мне принесли другие бумаги. «Что это?» – спросил я. «Чеки». – «С этого я тоже не хочу начинать!»
Со временем я понял, что в нашей епархии две проблемы: счета и разводы. Такова грустная действительность.
Однако митрополит Афанасий недолго предавался унынию. Он поставил задачу достучаться до сердец современных молодых людей, и сейчас его усилия дали плоды: в храмы Кипра приходит все больше молодежи.
– На самом деле человек всегда ищет своего Отца – Бога, но ищет Его в неправильных местах. Алкоголизм, наркомания, сигареты – это все не те места. Мы, пастыри Церкви, должны показывать: то, что вы ищете, здесь: приидите и вкусите! И когда человек увидит, то душа его приобретет мир и смысл жизни. Это главное, что я вынес из всего своего совсем небольшого жизненного опыта, – отметил митрополит.
– Иногда люди медлят идти в церковь. Они подобны тем, кто хочет сначала исцелиться, а уже потом пойти в больницу. Не переживайте! Не своими силами мы освобождаемся от греха; вспомните, как одним именем Божиим был взят Иерихон, несмотря на семь рядов оборонительных стен и огромную армию. Идите в лечебницу, и Врач вас исцелит. Имейте доверие Богу. Он не сделал нашу жизнь сложной, Он сделал ее легкой. Старец Паисий в таких случаях напоминал: «Господь – это воздух, не делай из него углекислого газа».
«Сейчас молодые люди на Кипре страдают от многих проблем. Большинство из них, думаю, общие для разных стран, – отмечает митрополит Афанасий. – Это проблемы в семьях, наркотики, насилие, отрицание всего, депрессия, а также то, что мы живем в окружении турок и оттого многие ощущают незащищенность. Но у всех этих скорбей один источник – отсутствие Бога.
Например, если я сниму свои очки, я ничего не буду видеть, жизнь покажется мне совсем иной. А надену – вновь четко буду различать предметы. Если Бог присутствует в нашей жизни, то мы истолковываем все происходящее с нами совсем по-другому, иначе справляемся с трудностями».
По мнению митрополита Афанасия, современные технологии, особенно интернет и социальные сети, очень опасны не только для детей, но и для взрослых. «Неразумно давать детям неограниченно пользоваться интернетом и ставить компьютер в детской комнате», – напоминает он родителям.
– Я не знаю, к чему в результате приведет такое развитие информационных технологий. Через несколько лет без интернета вообще ничего невозможно будет делать! Пусть родители делают сейчас все, что от них зависит. Но, безусловно, запрет – не выход. Ребенок войдет в переходный период, будет сопротивляться, восставать. С другой стороны, неразумно давать неограниченно пользоваться интернетом и ставить компьютер в детской комнате. Установите его в такое место, где вы можете следить. Нужно научить ребенка определять для себя границы.
Однако, в первую очередь, мы должны посвящать свое время детям, разговаривать с ними, чтобы они нам все рассказывали, что их волнует, имели бы к нам доверие. Занимайтесь детьми, а не оправдывайтесь, что спешите. Иначе наступит время, когда будет поздно и виноват окажется не интернет, а мы сами.
Приведет ли экономический кризис в Церковь?
Митрополита Афанасия отличают хорошие управленческие способности. Для накопившихся в епархии проблем он назначил особую комиссию из профессиональных экономистов, и в короткие сроки епархия смогла избавиться от тяжелого долгового гнета. В то же время в своих проповедях он призывает всегда очень осторожно обращаться с деньгами, ведь так просто стать поклонником золотого тельца.
– Сейчас на Кипре пик экономического кризиса. Не знаю, когда будет его спад. Но мне не хотелось бы, чтобы именно из-за кризиса люди приходили в Церковь. Конечно, там их примут с великой любовью. Но если кто-то обратится к Богу из-за кризиса, то, как только кризис пройдет, он забудет Церковь. Таким людям очень трудно понять, что деньги – не идол, не ценность. Только Бог имеет подлинную ценность.Этот кризис искусственен, нам его создали в Европе. Если захотим, мы и его можем использовать духовно, выйти из него более сильными и мудрыми. Но если мы не будем разумными, то понесем урон – и духовный, и материальный.Расскажу одну историю о старце Софронии (Сахарове) из Эссекса. Один миллионер с Кипра очень помогал его монастырю. При этом благотворитель хотел, чтобы каждый раз, когда он посещал монастырь, старец с ним встречался и посвящал ему время, также хотел стоять на почетном месте в храме и чтобы монахи его обслуживали. Однажды батюшка не смог его принять, и богач начал роптать: «Я пожертвовал столько денег, почему же старец меня не принимает?» Узнав об этом, старец Софроний пошел к казначею и выяснил точно, какая сумма была пожертвована обители этим человеком за все время. Это были огромные деньги, но он взял кредит в банке и вернул все киприоту. Вот такие у него были отношения с благотворителями. Старец, не потеряв своей свободы, принес своему благотворителю духовную пользу. Безусловно, каждый дар принят. Бог благословляет людей, которые жертвуют Церкви, и мы благодарим их, но это не значит, что мы обязаны изменять свою жизнь из-за денег. Для нас все люди одинаковые. И наша любовь и уважение должны проявляться ко всем.
Мы любим всех людей. Но должны хранить свою веру
Широко известен случай, что митрополит, известный своим добрым отношением к людям независимо от их вероисповедания, отказался встречаться с Папой Римским Бенедиктом XVI, который прибыл с визитом на Кипр в 2010 году.
– Как христиане, мы должны любить и уважать всех людей, уважать религию любого человека. Но меня это не обязывает верить в то, во что верят они. У меня есть своя вера. Я буду давать любовь каждому человеку, который является образом Божиим.
Например, я люблю Папу Римского как человека, но когда он совершал свой визит на Кипр, то приехал не как простой человек – и я не стал встречаться с ним.
Он сам сказал, когда сошел с трапа самолета, что приехал как преемник святого Петра. Мы знаем, что это значит: Папа считает, что он – представитель Христа в мире, что он – первый епископ всего мира, что он является устами Христа для мира, а главное, – что он непогрешим. С таким папой я не хочу встречаться. Человека в нем я люблю. Если он придет ко мне в епархию, я его угощу, поселю, я ему все дам. Но я не верю, что он непогрешим. Я не верю, что он епископ. Я не верю, что он «представитель Христа». Я считаю, что Ватикан является причиной огромных проблем, которые сейчас есть в мире, потому что папизм выгнал Христа из сердец многих людей.
Это моя вера. Но это не значит, что я кого-то ненавижу. Мы любим всех людей. Но не разделяем веру каждого.
Расскажу вам одну историю. На Святой Горе мы с любовью принимали одного католического монаха – я его провожал к старцам. Когда он был на Афоне, умер папа Иоанн Павел I, и наш гость очень расстроился. Чтобы как-то его утешить, я взял его с собой к старцу Паисию. Старец стал его успокаивать: «Что ты хочешь: Папа был человеком». Католический монах отвечал: «Да, но Папа был очень хорошим человеком». Старец сказал: «Дорогой, не расстраивайся, помолись, чтобы и следующий Папа был хорошим. Не переживай: какой бы Папа ни был избран, он будет «непогрешим»».
Знакомство с русским монашеством
Митрополит Афанасий впервые побывал в русском монастыре, когда приехал в Россию на собрание игуменов и игумений монастырей Русской Православной Церкви, которое проходило в Троице-Сергиевой лавре 8–9 октября 2014 года под председательством Патриарха Кирилла.
Владыка рассказал, что он с особым трепетом прикоснулся к святыням Лавры, а также с благоговением побывал в Сретенском монастыре у мощей архиепископа Троицкого Илариона: по промыслу Божию, житие именно этого русского новомученика Владыка прочитал перед поездкой в нашу страну.
Он поделился впечатлениями и от встречи с русским монашеством:
– Моя душа чувствует, что в России происходит великое таинство – таинство Церкви Христовой. Она рождает детей Божиих, которые, безусловно, возрастают, проходят все этапы взросления, пока не станут совершенными людьми. Некоторые из этих этапов мы прошли и в греческом мире. Поэтому я хочу сказать, что нужно иметь доверие ко Христу, ведь Он направляет свою Церковь и людей Церкви, чтобы они исполняли Его волю.
Антонина Мага
Краткая справка
Митрополит Лимасольский Афанасий, в миру Андрей Николау, родился в 1959 году в семье преуспевающего Лимасольского предпринимателя. Уже в 14 лет он задумывается о служении Церкви и поступает в школу при Священной Митрополии кипрского района Пафос. В 17 лет принимает священный сан и продолжает образование на богословском факультете университета Аристотеля в Салониках.
В 1980 году поступил в число братии Афонского Нового скита, духовником которого был старец Иосиф Ватопедский, ученик Иосифа Исихаста (1897–1959). В 1982 году принял монашеский постриг с именем Афанасий и рукоположен во пресвитера.
В 1992 по благословению Архиепископа Кипра Хризостома I, приметившего на Афоне духовные таланты иеромонаха, направлен в монастырь святого Николая на Пафосе. Восстанавливал монастырь Божией Матери Махера, в 1993 избран его игуменом.
14 февраля 1999 года хиротонисан в митрополита Лимасольского.
Напоминаем посетителям сайта, что этот материал впервые был опубликован в 11-м номере журнала «Монастырский вестник». Электронную версию журнала можно прочесть здесь.
Распечатать
митрополит Афанасий Лимассольский рецензия Журнал «Монастырский Вестник»
21 декабря 2014
Социальные сети
Короткая ссылка:
скопировано